22 Май 13

Сирия: «Мне лучше, но я не могу ходить»

Восемнадцатилетняя Салва Мекрш не может ходить. Ее мать и сестра везут ее в инвалидной коляске по улицам Килиса, турецкого города поблизости от границы с Сирией.

Втроем они останавливаются в тени лимонного дерева в небольшом дворике. Пока Салва ждет начала консультации с психологом «Врачей без границ», они рассказывают о том, как изменилась их жизнь.
 «Раньше у нас было все, — говорит Салва, — но после того, как началась война, мы испытали слишком много страданий».

Незадолго до марта 2011 года, когда в Сирии начались протесты, Салву принудили выйти замуж. Ей было пятнадцать. Вскоре Салва забеременела. К тому времени, когда у нее родилась  дочь, протесты переросли в полномасштабную гражданскую войну.

Когда муж попытался применить к ней физическую силу, их брак распался, и он ушел, забрав ребенка. «Он забрал мою дочь и не позволяет мне видеться с ней, — говорит Салва. — У меня нет никакой возможности связаться с ними. Я не виделась с дочерью целый год».

Салва вернулась к родителям в Алеппо, промышленную и экономическую столицу Сирии. 25 ноября 2012 она года возвращалась домой с соседкой. Одна из улиц, ведущих к дому, была перекрыта, и они решили пойти по другой дороге. Когда они переходили площадь, Сальве в спину выстрелил снайпер.

Салву быстро отвезли в больницу в Алеппо, где извлекли пули, но ее состояние было критическим. Семья хотела отправить Салву на лечение в Турцию, но ей не дали пересечь границу. Услышав, что в их районе есть больница MSF, родственники отвезли девушку туда.

Врачи MSF смогли устроить ее перевод в больницу в Килисе по другую сторону сирийско-турецкой границы. Наконец оказавшись в Турции, Салва сначала попала в больницу в Килисе, а потом в Газиантепе, центре провинции. Она пролежала двенадцать дней в отделении интенсивной терапии.

«Теперь мне лучше, но я не могу ходить», — говорит Салва. Ее консультирует Лина, местная сотрудница MSF. «Лина рассказала мне историю о своем родственнике с подобной проблемой, только это не было связано с войной. Она оказывала ему психологическую поддержку, и теперь у него все в порядке. Мне стало легче, когда я узнала об этом».

Психолог готов, и можно начать консультацию. Мама и сестра Салвы ждут ее снаружи, они сидят под лимонным деревом и курят. Вечером они вернутся в квартиру, которую снимают в Килисе. Им не придется слышать звуков стрельбы и бомбежек, как в Сирии.

Они больше не будут бояться за свои жизни. Тем не менее, семья хотела бы вернуться домой. Где они будут жить, когда мы встретимся в следующий раз? «В Алеппо, иншалла», — говорит мать Салвы.