01 Feb 07

Спустя год после землетрясения в Кашмире(Интервью. Усман Абид)

Вы можете описать положение сразу после землетрясения?
В прошлом году утром 8 октября 2005 года я спал у себя дома, тогда был священный месяц Рамадан, и большинство людей спали, окончив утреннюю молитву. Вдруг я почувствовал, что все вокруг движется. В считанные секунды у меня в голове промелькнуло: «Это землетрясение!» Я выбежал из комнаты и оказался на улице. Все дома трясло, это было ужасно. Так продолжалось почти 60 секунд (насколько я помню). Разрушений сразу не последовало. Мой друг прислал мне текстовое сообщение из Исламабада и рассказал, что обрушилась часть башен Маргалла. Я вернулся к себе и стал искать новостные передачи по телевизору.  Первое, на что я наткнулся, были срочные сообщения по местным каналам и на Интернет-сайтах о землетрясении в Пакистане с эпицентром в северной части страны. Через час на разных сайтах и каналах стали появляться новости, сообщавшие о все новых потерях и разрушениях в северо-западных приграничных провинциях и в Кашмире, об обрушившемся здании  в Исламабаде.
Шел месяц Рамадан, и было очень тяжело видеть обрушившиеся дома и трупы людей. Многие считали, что настал судный день.

В какой момент вы присоединились к MSF и какова ваша роль в организации?
Я был знаком с MSF по своей прошлой работе. Я работал медицинским администратором в одном из проектов этой организации в Пакистане. Я регулярно следил за новостями по телевизору и всегда с болью смотрел на людей, нуждающихся в помощи и поддержке. Везде требовались добровольцы в местные и международные организации. Через несколько дней после землетрясения я вновь начал работу по организации транзитных и транспортных перевозок в рамках проектов MSF в долине Багх. Вначале я три месяца проработал на одном посту, потом меня сделали сотрудником местного персонала по логистике, и теперь я отвечаю за все партии импортируемых грузов, ежедневное обслуживание офиса и домов международного персонала, за административные формальности при работе с таможней, контакты с правительственными ведомствами. 

Вы не могли бы описать один из своих обычных дней?
Мой обычный день в то время, когда мы занимались распространением непродовольственных  предметов помощи: одеял, пластиковых панелей, палаток, наборов для приготовления пищи, гигиенических комплектов и лекарств. Я полностью отвечал за один из наших складов в Исламабаде. Мы работали день и ночь, отправляя непродовольственные предметы для наших проектов. Тогда было очень трудно, я отвечал за подготовку к погрузке всех непродовольственных предметов в колонны-обозы, каждый из которых состоял из 22-27 грузовиков. Иногда мне приходилось ездить и проверять, каковы условия проезда от Исламабада до Багха. Самое главное, нам приходилось работать в Рамадан, работать весь день без перерывов. Но мы знали, что любая задержка может иметь серьезные последствия для людей, потерявших свои дома, потерявших все.

Что вам особенно запомнилось из операции по оказанию помощи?
В то время я не видел ни одного пострадавшего, поступившего в больницу, потому что я занимался распространением  непродовольственных предметов как логистик, я только однажды выезжал на полевую работу, но моей задачей и основной фокусной точкой моей работы были планирование распределения непродовольственной помощи пострадавшим и получение обратной связи.

Каково положение спустя год после землетрясения? Жизнь вернулась в нормальное русло? Землетрясение все еще остается частью жизни людей?
Спустя год у людей все еще остаются острые проблемы, они способны решать различные вопросы. У некоторых семей до сих пор нет крова, несмотря на то, что стадия оказания помощи закончена, и сейчас идет восстановление, реабилитация. Сейчас приближается зима, и мы должны обеспечить людям хотя бы самое необходимое. Мы должны делать больше. По крайней мере, нужно построить инфраструктуру.

Какие проблемы вы видите сейчас?
Проблемы все те же: восстанавливать разрушенное, помочь людям найти способ зарабатывать, вновь начать свою жизнь…