Центральноафриканская Республика: станет ли Бамбари следующим?

Центральноафриканская Республика: станет ли Бамбари следующим?

8 июня 2017 года – Станет ли следующим Бамбари? Этот вопрос у всех на устах во втором по значимости городе и коммерческом центре Центральноафриканской Республики. Его жители опасаются, что волна насилия, с начала мая захлестнувшая города Бангасу и Бриа, где происходили жестокие убийства,  может вскоре докатиться до Бамбари, и повторится кровопролитие 2013-14 годов.

Город разделен на две части рекой Уака, на одном берегу живут в основном христиане, на другом — мусульмане. В последние месяцы в Бамбари было спокойно, многочисленные этнические и религиозные группы сосуществуют здесь бок о бок относительно мирно. В феврале МИНУСКА, Многопрофильная комплексная миссия ООН по стабилизации в Центральноафриканской Республике, объявила Бамбари «городом без оружия», благодаря чему окрепло представление о нем как безопасном месте для жителей других регионов страны, которые ищут убежища от насилия.

На данный момент половина населения города Бамбари — это те, кому пришлось бежать из других регионов Центральноафриканской Республики. Из 55 869 перемещенных лиц 10 300 человек приехали в Бамбари с середины марта. Большинство из них разместились в расположенных вокруг города девяти лагерях. В этих импровизированных поселениях нет проточной воды, электричества и элементарной медицинской помощи —  в таких условиях крайне высок риск возникновения эпидемий.

Медицинской помощью и перемещенных лиц, и коренных жителей Бамбари обеспечивает городская больница. MSF работает в этой больнице, а также еще в двух медицинских учреждениях: одно в христианском, другое в мусульманском районах города.  

События, разразившиеся поблизости, нарушили спокойствие Бамбари. 8 мая в расположенном в 120 км городке Алиндао разразилась резня, 133 человека погибли, целые кварталы были сожжены дотла. После всплеска насилия жители Алиндао были вынуждены бежать в Бамбари.

В мае MSF в Бамбари оказала медицинскую помощь 22 пациентам, пострадавшим в результате всплеска насилия. В апреле таких пациентов было всего восемь. Среди раненых из Алиндао, получивших помощь от MSF, были четверо детей. В том числе трехлетний ребенок, раненый выстрелом в лицо. «Выстрел сильно повредил нижнюю губу, к тому же у него развилась инфекция», - рассказывает врач MSF  Николь Харт.

У большинства пострадавших в Алиндао огнестрельные ранения, у некоторых — ножевые ранения и ожоги. «Я лечила мужчину с перерезанным горлом, - говорит Харт. — Два дня он находился в лесу возле Алиндао, прежде чем его доставили в Бамбари. В его взгляде читался ужас. Мы сделали ему операцию, он потихоньку выздоравливает».

Лежа на больничной койке, Анга рассказывает, что с ним произошло: «Я лежал на земле, пытаясь защититься от выстрелов. Ко мне подошел человек, приподнял мне голову и перерезал горло ножом. Я думал, что умер. Но, видимо, часть моего горла уцелела, и я продолжал дышать».

«У юной девушки была обожжена большая часть тела, - говорит Харт. — Их с семьей заперли в доме и подожгли. К сожалению, несколько дней назад она умерла».

По мере увеличения количества переселенцев, MSF отмечает рост числа больных. «Медицинский пункт в мусульманском районе города расположен рядом с полем, где живут беженцы Фулани [подгруппа мусульман]. Сейчас каждое утро мы проводим 120 консультаций, - говорит медсестра MSF Андреа Блас. — Мы наблюдаем значительное увеличение числа пациентов с недостаточностью питания, диареей и малярией».

Количество людей с тяжелой острой недостаточностью питания, которым оказала помощь MSF, в медицинском пункте Элевадж в мусульманском районе города, выросло с трех случаев, зарегистрированных в январе, до 17 в мае, в то время как количество пациентов с умеренной недостаточностью питания выросло с  36 в январе до 126 в мае.

Может быть, сейчас в Бамбари мир, но никто не знает, как долго он продлится. «После событий в Алиндао, люди все больше нервничают, — рассказывает координатор проекта  MSF Седрик Шапон. —  В большинстве крупных городов, за исключением Бамбари, уже сложилась нестабильная ситуация. Но люди боятся. Даже если сейчас общины мирно сосуществуют, есть риск, что малейшее происшествие спровоцирует волну насилия».