© Sabrina Rubli/MSF
13.05.2020

Демократическая Республика Конго: борьба со страхом и ложной информацией на фоне пандемии COVID-19

Давид Валубила Мвинью –  координатор «Врачей без границ» по работе с медицинскими данными в Южном Киву, Демократическая Республика Конго (ДРК). Он рассказывает о положении, в котором оказались общины в ДРК и о борьбе «Врачей без границ» с пандемией COVID-19.

______________

«Когда в начале марта сообщили о первом подтвержденном случае заражения COVID-19 в ДРК, я сразу же задался вопросом, как люди узнали об этом и на самом ли деле это первый случай. То есть о других случаях никто не объявлял?

Хотя в ДРК зарегистрировано небольшое количество подтвержденных случаев заражения, скорее всего это связано с тем фактом, что на данный момент в стране проводят очень мало тестов. Здесь всего одна лаборатория, где могут делать анализы, и расположена она в Киншасе. В лаборатории проводят около 100 тестов в день. В стране с 80-миллионным населением.

Даже если у людей появляется доступ к медицинскому учреждению, где они могут сдать тест, все равно существуют огромные проблемы логистического характера – из сельских районов Южного Киву, где я работаю, тесты необходимо доставлять далеко в Киншасу. Сейчас результаты приходят в среднем примерно через неделю.

В случае такой масштабной пандемии, которая затрагивает ДРК, в ряду сильнее всего беспокоивших меня вещей оказывается проблема циркулирования неправильной информации или же нехватка информации как таковой. Слишком часто у людей нет достойных доверия источников информации, таких, как уважаемые медицинские эксперты, которые работают с новой коронавирусной инфекцией, или Минздрав.

Вместе этого они получают новости из непроверенных и зачастую ненадежных источников в социальных сетях и мессенджерах, в частности, в WhatsApp.

Эти источники в большинстве случаев распространяют скорее слухи, чем истину. Без официальной информации всем, и даже мне, очень трудно понять, где правда.

Ложная информация как фактор, усугубляющий положение уязвимых групп

В ДРК существует несколько групп населения, которые уже находятся в уязвимом положении, что особенно характерно для востока страны, где после десятилетий тревог, конфликтов и войн и по-прежнему сохраняется нестабильность. В число таких людей входят диабетики и гипертоники, а также люди, страдающие от наиболее смертельных заболеваний, эндемичных региону – малярия, ОРВИ, холера, корь, ВИЧ/СПИД, туберкулез, острое истощение и, кроме всего прочего, Эбола.

Я как медик сильно переживаю за этих людей, потому что мы все еще не знаем, как вирус поведет  себя с людьми, которые уже чем-то болеют.

В своих же сообществах большинство представителей этих уязвимых групп населения уже сталкиваются со стигматизацией. Меня беспокоит, что в случае инфицирования COVID-19, со всеми этими мифами и ложной информацией, им придется столкнуться с еще большей стигмой со стороны общества, и их жизнь станет еще тяжелей.

На фоне голода проблема нехватка реанимаций уходит вдаль

В довершение ко всему, после закрытия всех границ стало очень сложно ввозить не только ресурсы, необходимые для поддержания ежедневной работы, но также гуманитарных сотрудников и медицинские грузы для борьбы с COVID-19.

Здесь отчаянная потребность в таком медицинском оборудовании, как, например. Аппараты ИВЛ. В провинции Южное Киву около 40 таких аппаратов, все из них в столице Букаву. 40 аппаратов на провинцию с семью миллионами населения. Все просто – этого недостаточно.

Можно задать такой вопрос: а думали ли мы в прошлом оборудовать отделения реанимации и терапии (ОРИТ)? Сложный вопрос. Особенно когда люди в ДРК продолжают умирать от голода. Из-за голода проблема нехватки ОРИТ как-то отдаляется. У нас нет денег, чтобы обеспечить всех едой, что уж говорить про аппараты ИВЛ.

Нельзя сравнивать ДРК и Европу

Это одна из причин, по которым сравнивать системы здравоохранения здесь, в ДРК, с китайскими или отдельными европейскими кажется неправильным в данном контексте. Даже в случае мер профилактики коронавируса, если вы хотите, чтобы люди мыли руки с мылом и водой, вам нужно обеспечить людей водой и мылом. Реальность такова, что здесь у многих нет доступа ни к тому, ни к другому. У людей даже еды нет, не то что мыла.

Особенно сложно объяснять необходимость изменения своих привычек людям, которые поколениями придерживались определенных традиций. Такие меры, как социальное или физическое дистанцирование, крайне сложно не только обосновать, но и внедрить.

Люди привыкли жать друг другу руки, особенно при встрече с пожилыми.

Отказ от рукопожатия могут расценить как знак неуважения, как нечто, нарушающее традиции и что может принести проблемы.

Особенно это характерно для сельских районов.

Люди проявляют очень много скептицизима. Многие спрашивают меня, сколько здесь погибли из-за COVID-19 и сколько из-за малярии, кори, диареии? Ответы часто приводят в еще большее замешательство, так как в сравнении количество погибших от COVID-19 намного меньше.

Даже во время вспышки Эболы не вводили такие же ограничения на передвижения, которые ввели на фоне COVID-19, а такие меры, как социальное дистанцирование и ношение масок, не становились обязательными без понятных объяснений.

Мы должны учиться на опыте других эпидемий и прислушиваться к обществу

Люди привыкли к эпидемиям, к сожалению, здесь они обычное дело. Но есть кое-что, что мы можем – и что должны – извлечь из этого опыта. Очень важно говорить с лидерами общин, слушать людей, признавать их традиции, которых они придерживаются.

Нам нужно признать, что COVID-19 – лишь одна из многих медицинских и гуманитарных проблем, с которыми они сталкиваются каждый день. Во время вспышки Эболы многим людям с малярией и женщинам, нуждавшиеся в дородовом уходе, говорили, что им не могут помочь, потому что денег на это нет.

Все деньги были направлены только на Эболу.

Поэтому жители стали думать, что Эбола – это просто бизнес, что люди пришли зарабатывать деньги, а медики игнорируют реальные потребности населения.

Мы должны помочь людям удовлетворить их потребности, обеспечить оказание базовой медицинской помощи в стране, получить их доверие и работать вместе, чтобы сообща приблизить конец пандемии.

И, наконец, с каждым шагом мы должны вовлекать местное население, не только слушать их, но также привлекать к работе как можно большее количество местных жителей, чтобы у нас появилась возможность внести вклад в здоровье и благосостояние общества в целом».