© MSF
23.05.2019

Южный Судан: лечить змеиные укусы противоядиями, а не традиционной медициной

Десятилетнюю Авьен в девятнадцатый раз везут на операцию. Ее искалеченная правая рука безвольно висит на шее на перевязи. Но по крайней мере, она не ампутирована, это главное. Змея укусила Авьен во время ночного сна два месяца назад. Как и многие другие жертвы змеиных укусов в странах Африки к югу от Сахары, Авьен не получила своевременной медицинской помощи. Она живет в маленькой деревушке в Южном Судане, вдали от дорог и еще дальше от больниц.

______________

В подобных сельских районах если человека кусает змея, они обычно в первую очередь прибегают к традиционным средствам. Семья Авьен испробовала несколько подобных вариантов лечения. К месту укуса прикладывали разрезанную пополам жабу, чтобы вытянуть яд. Девочке дали выпить сырое яйцо, а затем смесь семян и листьев, чтобы ее вырвало и яд вышел. Ни одно из этих средств не помогло, и дядя решил отнести ее на спине в ближайшую больницу. До Агока, где работает больница «Врачей без границ», единственная в регионе, он шел целую ночь.

Глобальная проблема, недостаточно средств

В больнице в Агоке «Врачи без границ» оказывают медицинскую помощь порядка 300 жертв змеиных укусов в год. Чаще всего такие пациенты поступают в сезон дождей, когда случаи укусов змей наиболее часты. Спасаясь от воды, змеи заползают в человеческие жилища, там и получают укус больше половины пострадавших. Дети, играющие на улице, и люди, работающие в полях, также подвергаются риску. Но где бы они ни пострадали, у всех одна и та же проблема: доступ к лечению. Большинство жертв змеиных укусов живут в отдаленных районах и вынуждены преодолевать большие расстояния, чтобы получить помощь. В сезон дождей, когда многие дороги непроходимы, людям может потребоваться несколько дней, чтобы добраться до больницы. 

Новая стратегия ВОЗ

В деревне Румдонг, в нескольких часах ходьбы от Агока, местный старейшина Джеймс Куол Во рассказывает, что его земляк в этом году умер от укуса змеи, потому что он не попал в больницу вовремя. В прошлом году два жителя той же деревни, в том числе, девочка 13 лет, лечились после укусов змей в больнице MSF.

Это застарелая проблема. Другой житель деревни, крестьянин лет 70, рассказывает, что ему повезло выжить после двух змеиных укусов в одну и ту же ногу. У него сильно деформирована ступня, но в остальном он здоров и все еще может ловить рыбу и заниматься сельским хозяйством.

По имеющимся данным, порядка 5 миллионов человек в мире в год страдают от укусов змей, около 100 000 из них умирают. Из них 30 000 – в странах Африки.

«Некоторые люди слишком поздно оказываются в больнице, а некоторые вообще не попадают туда. Поэтому мы не можем оценить, насколько тяжело бремя змеиных укусов в этих краях на самом деле, – говорит Якоб Чол Атем, фельдшере MSF. – Но мы знаем, что проблема серьезная, и что люди погибают, потому что не могут получить лечение». 

Противоядия недоступны – в том числе, и по цене

Для лечения отравления змеиным ядом – интоксикации, которая возникает в результате укуса змеи – в большинстве случаев лечится при помощи противоядий. Но эти препараты слишком дорого стоят и просто отсутствуют во многих медицинских учреждениях Южного Судана.

Цена лекарств может достигать нескольких сотен долларов США на пациента. Это больше, чем годовая зарплата многих жителей страны, особенно в сельских районах, жители которых чаще всего страдают от укусов змей. Змеиные укусы – болезнь бедноты, а фармацевтические компании не ориентированы на создание продуктов для бедных. В приоритеты у них препараты, которые принесут прибыль.

Ранее MSF применяла препарат под названием FAV-Afrique, «все-в-одном», который используется для лечения отравления ядами 10 различных видов змей в Африке к югу от Сахары. Но производитель решил прекратить его производство, срок действия последней партии закончился в июне 2016 года. Поскольку эквивалента не было, MSF пришлось искать подходящие альтернативные методы лечения.  Два года спустя наши медики успешно используют два новых противоядия в Южном Судане: EchitabPlus и SAIMR-Polyvalent.

«Раньше все было просто: мы могли дать противоядие, даже не зная точно, змея какого вида укусила пациента, – говорит Атем. – Теперь лечение стало сложнее, и мы назначаем противоядие в зависимости от симптомов. Но в целом, это работает, и мы рады, что нашли альтернативу». 

Хотя это хорошая новость для пациентов MSF в Агоке, это не решение для всех пострадавших от змеиных укусов. Так как неспециалисту сложно выбрать на основе симптомов, какое из двух противоядий следует применить. Необходимо обеспечить доступ к противоядиям, которые эффективны против укусов любой из ядовитых змей, обитающих в этом районе. И высокая цена на эти препараты не должна создавать препятствий.

Необходимо разорвать порочный круг, когда государства не закупают противоядия для больниц из-за слишком высоких цен, и фармацевтические компании не производят их из-за недостатка покупателей. В результате они остаются фактически недоступными для тех, кому необходимы.

Противоядия не всегда достаточно

Даже при наличии противоядия лечение змеиного укуса осложняется, если жертвы поступают в больницу слишком поздно. Задержка может привести к дальнейшему повреждению, включая «компартнмент-синдром», когда отек, вызванный ядом, увеличивает давление в мышечном отделении до такой степени, что кровь не может снабжать мышцы и нервы кислородом и питательными веществами. Без медицинской помощи мышцы и нервы могут отказать и в конечном итоге отмереть.  В случае синдрома операция - единственный вариант. В самых тяжелых случаях повреждения могут быть настолько обширными, что пациенты теряют способность пользоваться конечностями или им требуется ампутация. По оценкам, 400 000 человек во всем мире ежегодно получают увечья или становятся инвалидами в результате укуса змеи.

Долгий путь к исцелению

Авьен в больнице уже два месяца. В момент поступления в больницу она находилась в критическом состоянии, ей ввели три дозы противоядия. Первые пять дней она была без сознания, но в конце концов очнулась, и ее состояние начало улучшаться. Она перенесла несколько операций по удалению омертвевших тканей, так как мышцы ее руки были повреждены до неузнаваемости в результате «компартмент-синдрома». Девятнадцать хирургических операций - это ужасно много, но ее семья не хотела, чтобы ей ампутировали руку, и попросила медиков сделать все возможное, чтобы спасти ее. Авьен повезло и она получила лечение. Но тех, кто его не получил, гораздо больше.