Сообщение об ошибке

  • Notice: Trying to get property of non-object в функции node_page_title() (строка 2200 в файле /var/www/html/modules/node/node.module).
  • Notice: Trying to get property of non-object в функции node_page_title() (строка 2200 в файле /var/www/html/modules/node/node.module).
  • Notice: Trying to get property of non-object в функции node_page_title() (строка 2200 в файле /var/www/html/modules/node/node.module).
© MSF/Scott Hamilton
02.09.2020

«Живой собаке лучше, чем мертвому льву»: застарелый конфликт фермеров и скотоводов в Нигерии

В штатах нигерийского Среднего пояса – Адамава, Бенуэ, Кадуна, Плато, Насарава и Тараба – живет наибольшее в стране, не считая Северо-Восточного региона, число внутренних переселенцев. Большинство людей оказались с корнем вырваны из родных мест в результате так называемого конфликта фермеров и скотоводов (пастухов). По имеющимся оценкам состояния на 2019 год, по меньшей мере 160 000 перемещенных лиц были разбросаны по всему штату Бенуэ. Здесь общины переселенцев, в основном, фермеры, живут либо в одном из восьми официальных лагерей или же в стихийно возникших лагерях и поселениях – в зданиях рынков, школ, например, – или же пребывают с семьями в так называемой «принимающей общине» (т. е. с людьми, которые и прежде жили в этом регионе). Официальные данные пока не включают много тысяч человек, которые стали переселенцами в 2020 году. Кроме того, в Нигерии проживает более 58 400 камерунских беженцев – в основном в штатах Среднего пояса, – из них более 8000 – в Бенуэ. 

_____________

«Нам дают обещания на будущее – говорят, что кризис закончится и мы сможем вернуться домой. Но на самом деле мы даже не мечтаем о возвращении. Мы знаем, что нужно набраться мужества и не падать духом здесь... Я надеюсь, что люди услышат мой голос», – Джон Аленда, Старый рынок, штат Бенуэ. 

Конфликт фермеров и скотоводов

Хотя конфликт фермеров и скотоводов является многослойным и сложным, он в значительной степени обусловлен конкуренцией за ресурсы, в частности продовольствие и воду. Скотоводы-кочевники все сильнее продвигаются на юг в поисках пастбищ для скота. Среди основных причин здесь – ухудшение состояния окружающей среды и последствия изменения климата, такие как опустынивание, сокращение площади плодородных земель. Кроме того, продолжающееся насилие и небезопасная ситуация в традиционных пастбищных районах на севере вынуждают многих скотоводов покидать этим места.

Однако на земли, на которых оседают скотоводы, претендуют фермеры. В 2018 году внезапная эскалация столкновений, которые ранее были сезонными, вынудила примерно 300 000 человек покинуть свои дома и унесла жизни 1 300 человек. 

«Врачи без границ» работают в Бенуэ с 2018 года, в основном оказывая помощь общинам переселенцев-фермеров. Многое еще предстоит сделать, чтобы понять, что происходит в других штатах Среднего пояса. В частности, чтобы лучше понять ситуацию в общинах скотоводов, которые часто оказываются вне поля зрения, и влияние, которое насилие – в том числе со стороны охранников скота и карательных отрядов – оказывает на их жизнь.  

В Бенуэ мы оказываем широкий спектр первичной медицинской помощи, включая лечение малярии и помощь жертвам сексуального и гендерного насилия, медицинское-санитарное просвещение, в том числе в связи с COVID-19, а также обеспечение крова и доступа к водоснабжению и санитарии, в частности, строительство и обеспечение функционирования туалетов и водяных скважин, а также раздачу мыла. В наших проектах в Мбаве и Абагане (два официальных лагеря внутренних переселенцев), а также в стихийном лагере в здании Старого рынка мы видим, что число перемещенных лиц практически удвоилось в 2020 году – с 6 619 человек в январе до 11 735 к июлю.

Кризис никуда не делся, в отличие от всеобщего внимания и гуманитарной помощи. Небольшой фонд, созданный ООН в 2018 году (4 миллиона долларов для Штатов Бенуэ и Насарава), давно исчерпан. Большинство гуманитарных организаций прекратили деятельность здесь к 2019 году. COVID-19 сказался на работе тех немногих, что остались, поскольку пришлось в значительной мере приостановить деятельность из-за ограничений на перемещения и кадровых ограничений или же направить скудные ресурсы на подготовку к борьбе с пандемией. В последнее время некоторые организации вернулись, что привело к увеличению распределения продовольствия и улучшению ситуации с водоснабжением и санитарией. Это позитивный шаг, но его недостаточно. Потребности по-прежнему перевешивают ответные меры. Сообщения от июня 2020 года о том, что бюджет нигерийского Министерства здравоохранения может быть урезан на 43% дают повод для серьезной озабоченности.

Под угрозой стихии и малярии

В Бенуэ большинство переселенцев прибывают с весьма скудным имуществом или вообще без него. И их редко кто-то здесь ждет. 

«После того как они убили моего мужа, я взяла наших пятерых детей и бежала сюда... Я пришла сюда вот так, как стою перед вами сейчас, без вещей. Скотоводы сожгли мой дом и все, что у меня было. У меня нет ни циновки, чтобы спать, ни мыла, чтобы мыться. Получить чистую воду тоже большая проблема. У меня есть только одна противомоскитная сетка, и я использую ее, чтобы защитить своего младшего», – сказала сотрудникам «Врачей без границ» Агбобо Филомена, жительница лагеря внутренних переселенцев Нака, когда они осматривали лагерь, изучая ситуацию там. 

Другой житель Нака Орчи Годвин рассказал, что они «ночуют на крыльце, снаружи [здания старой школы] и у них нет даже противомоскитных сеток... Женщины спят в закрытых помещениях, так что у них есть собственное пространство. Сюда прибывает все больше людей, и некоторым вообще негде ночевать...» 
В лагере вынужденных переселенцев Мбава наши сотрудники видели, как две или три семьи живут в одном укрытии. На старом рынке несколько семей теснятся под деревьями или заброшенными рыночными прилавками в отчаянном поиске крова. 

Перенаселенность, проблемы с утилизацией отходов и дренажем приводят к тому, что многие источники воды загрязнены и небезопасны. В этих условиях распространяются болезни. Особенную тревогу вызывает малярия, поскольку комары размножаются в лужах со стоячей водой. В последние месяцы число больных малярией росло в геометрической прогрессии – со 119 в мае до 666 в июне и 1269 в июле. Причем большинство из них – дети в возрасте до пяти лет. Их беззащитность перед стихией также увеличивает риск кожных заболеваний и респираторных инфекций.

Без шансов посеять и собрать урожай 

Многие некогда процветающие фермы уничтожены. Даже там, где земля еще пригодна для использования, люди говорят, что слишком напуганы, чтобы вновь начать сеять и убирать урожай.
«Я здесь уже очень давно. Мы привыкли приходить и уходить – уходить домой на ферму, а потом возвращаться сюда, чтобы быть в безопасности. Так мы делали с 2015 года. Но с прошлого года ходить домой стало гораздо опаснее», – рассказывает Орчи. 

Сегодня многие из тех, кто раньше выращивал зерновые культуры в районе, известном как закрома Нигерии, больше не могут обеспечить продуктами себя. По мере сокращения запасов продовольствия цены растут. 
«Теперь, когда идешь на рынок за мешком кукурузы, он стоит 15 000 найр. Раньше он был всего 5000 найр. Раньше я был фермером, выращивающим кукурузу, а теперь ее даже не купить!»- говорит Эдвард Ниам, бывший фермер, который теперь живет в лагере Мбава.

С 2019 года продовольственная помощь стала менее регулярной, а в связи с COVID-19 сократилась еще больше. В последнее время ситуация улучшилась, но помощь все еще имеет тенденцию охватывать только официальные лагеря переселенцев. Джон Аленда из лагеря Старый рынок говорит: «У нас здесь две главные проблемы: еда и жилье. До пандемии было больше продовольственной помощи. Здесь живет 5000 человек. Поскольку это не официальный лагерь для перемещенных лиц, получить еду труднее».

Люди решаются на крайние меры. «Здесь вообще нет еды. Когда моя мать была здорова, она ходила на рынок и подбирала зерно, которое падало на землю. А потом с помощью сита отделяла зерна от земли», – рассказывает Орчи. И он не единственный человек, кто рассказывает такие вещи. 

О возвращении речь не идет

Несмотря на тяготы, никто из тех, с кем мы разговариваем, не думает, что можно вернуться домой. По крайней мере, в ближайшей перспективе. 

«Когда я думаю о возвращении домой, напоминаю себе, что живой собаке лучше, чем мертвому льву. Были те, кто попытался вернуться в свои деревни и были убиты. Сейчас у нас нет никакой надежды. Но, возможно, когда-нибудь…» - говорит Угбер Эммануэль из лагеря Мбава. 

Многие люди говорят о трудностях адаптации к новой жизни. «У тебя больше нет домашнего уюта. Ты должен делиться не только с семьей, ты должен делиться со всеми. У нас больше нет ничего своего», – говорит Усанге, пожилая женщина из лагеря Мбава. Часто люди говорят нам, что страшатся будущего. «Даже если бы мы вернулись домой и там не было бы насилия, нам пришлось бы начать все сначала. Дома нас не ждет ни еда, ни кров. Я надеюсь, что люди услышат мой голос и поймут, что нам нужна помощь», –  заключает Агбобо. 

Этот гуманитарный кризис больше нельзя игнорировать. Как «Врачи без границ» мы намерены сделать как можно больше, чтобы охватить помощью пострадавшие общины со всех сторон этого кризиса и выйти за пределы Бенуэ, дальше в Средний пояс. Мы не можем сделать это в одиночку. Как минимум, должны быть приняты меры в области водоснабжения, санитарии, жилья, здравоохранения и защиты. Достижение этой цели требует участия и приверженности, как финансовой, так и физической, со стороны правительств штатов и федеральных органов власти Нигерии, гуманитарных учреждений и ООН.